Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  |  RSS 2.0
О нас  |  Обратная связь
Рыбалка без границ. ОРИК Rusfishing.RU
Поиск по сайту: Расширенный поиск по сайту
Клубная жизнь
Клубный спорт
Клубные выезды





Сделай сам
Русская рыбалка


Новости
партнёров
» Fatal Error
Fatal Error: could not open XML input (http://news.yandex.ru/index.rss)





Информ.
партнёры Клуба
Журнал ДИАЛОГИ О ЛОДКАХ. Подробнее ...

Атлас рыболова. Подробнее ...

Это интересно

После регистрации в Клубе перед вами откроются новые возможности и Рыбалка без границ.


Новости рыболовного мира

10.05.2018 Специалист рассказал, можно ли купаться в Волге и есть волжскую рыбу и как победить сине-зеленые водоросли

10.05.2018 Специалист рассказал, можно ли купаться в Волге и есть волжскую рыбу и как победить сине-зеленые водорослиБывший руководитель Института экологии Волжского бассейна, а ныне его сотрудник Геннадий Розенберг в интервью «Самарскому Обозрению» объяснил, чем опасна реформа российской науки.
 
- Вы недавно покинули пост директора Института экологии Волжского бассейна. С чем это связано и что последует за вашей отставкой? Когда ждать выборов нового главы института?

- В 2013 году Правительство РФ начало реформу академии наук. Не устраивала эффективность, с которой эта академия работает. Поэтому создано Федеральное агентство научных организаций, которое распоряжается бюджетом, выделенным на науку, и является, по сути, финансовой службой. У экономистов есть такое правило: если что-то не имеет цены, то этого нет вообще. Они не видят ценности в фундаментальных научных исследованиях. Им невозможно доказать, что научные открытия через много лет окупят вложения в эти исследования многократно.

У Российской академии наук отобрали институты, и сегодня наукой руководят бухгалтеры. Это огромная ошибка.
Я сразу заявил, что с бухгалтерами обсуждать науку не собираюсь. Бухгалтеры стали теперь учредителями наших институтов. У нас же есть понятие «эффективный менеджер», который сегодня кинотеатром командует, завтра - баней, послезавтра - наукой. Но это неправильно. Во-первых, есть всегда традиции. Российской академии наук все-таки скоро исполнится триста лет. Император Петр Великий создавал ее под определенные идеи.

Введено ограничение по возрасту для замещения руководящих должностей. Ну, тут я согласен. Хотя, с другой стороны, знаю многих ученых, перешагнувших этот рубеж, которые дадут фору молодым и по знаниям, и по менеджерским способностям.

Что касается меня, то я 28 лет руководил институтом. Это большой срок, и мне самому уже это неинтересно. В какой-то степени для меня уход с должности - даже облегчение.
Но академия наук сегодня, откровенно говоря, не работает. Что бы там ни говорили с высоких трибун о том, что жить стало лучше, жить стало веселее, - все это ложь.
- Тот факт, что вы заняли столь жесткую позицию по отношению к реформе академии наук, как-то связан с вашим увольнением?

- У меня срок полномочий истекал летом 2018 года. Решили, что у кого срок полномочий летом истекает, те уходят с нового года. Не я один уволен. И некоторые случаи можно было бы назвать смешными. Мне сообщают, что в Санкт-Петербурге на должность директора одного института, который еще Иоффе основал, назначен какой-то менеджер даже без научного звания.

Наш институт записали в третью категорию. Первая категория - самые хорошие, третья -самые плохие институты. Нас зачислили в эту категорию всего лишь по одному показателю - публикациям. Бухгалтеру же надо что-то считать: не выполнил норматив, значит, стал третьим сортом. Мы единственные из первой категории сразу перескочили в третью.
Но мне еще объяснили, что это произошло именно потому, что мы занимали негативную позицию по отношению к ФАНО. Не хотели сливаться с другими институтами.

- Вы саботировали какие-то указания сверху?

- Да, мы саботировали попытки слить нас с другими институтами. Сейчас создается федеральный исследовательский центр в Самаре. Я был всегда против этого и говорил, что, пока я директор, этого не произойдет. Не понимаю смысла в федеральном исследовательском центре, если он создан не по профилю. Если туда вошли сельскохозяйственники, физики, экологи и археологи. Что у них общего? Было четыре потока денег, а теперь сделают один. Бухгалтерам легче. Для сотрудников институтов ничего не изменится, но меняется для руководства и идеологии институтов.

И они начинают диктовать: вот мы вам зарплату увеличим, давайте делайте больше открытий. Некоторые вещи доводят до идиотизма, это смешно. Как в одном советском фильме про ученых - откроем закон Ньютона к седьмому ноября. По моему твердому убеждению, наукой должны руководить ученые.
Кроме того, этим законом мы поделены на научных сотрудников и научных работников. Научный работник - это человек, который напрямую наукой не занимается, и в эту категорию попали все руководители научных подразделений. И получилось, что простой лаборант может получать больше, чем заведующий лабораторией доктор наук. Получается настоящий раздрай. Никто не хочет занимать руководящие должности. Это разрушение системы. У временно исполняющего обязанности директора института (Сергея Саксонова, заместителя директора) пачка заявлений от заведующих лабораториями. Им такое заведование не нужно.

- Но насколько я понимаю, это напоминает западную систему грантов. Если научное учреждение публикует научные работы и делает научные открытия, то оно получает эти гранты, если нет, то нет и финансирования.

- Мы все время хотим быть, «как они», как на Западе, не делая ничего для этого. У нас четыре фонда, которые дают гранты на науку: РФФИ, РГНР и Российский научный фонд. На Западе источников грантов сотни. И там есть льготы для бизнесменов, которые содержат такие фонды. У нас их нет. Все такие источники государственные. Ну, есть какие-то премии, например, от Прохорова (Михаила, российского предпринимателя) для молодых ученых, от Потанина (Владимира, президента компании «Интеррос»). Но их очень немного.

- Но разве не могут российские институты бороться за иностранные гранты?

- Это еще сложнее. Мы получили в свое время грант Коперника от Европейского союза. Этот грант мы получили совместно с рядом иностранных институтов, Бауманским университетом и еще одним питерским институтом. Все расчеты велись через немецкий институт, и в итоге нам досталось лишь несколько зарубежных поездок для наших сотрудников и немного оборудования.
Иностранцы нам денег не дают. Они и хотели бы нас использовать, но лишь как чернорабочих, дешевую рабочую силу. Да мы и сами готовы работать за копейки, как гастарбайтеры.

И, кроме того, есть такое немаловажное препятствие, как знание английского языка. Оно должно быть настолько хорошим, чтобы была возможность публиковаться в зарубежной научной периодике. И это чрезвычайно сложно. У большинства российских ученых статья получится безграмотной и куцей. Можно взять в соавторы иностранца. Но все это усложняется, а эффект размывается настолько, что любой ученый еще подумает, стоит ли браться за все это.

- Есть мнение, что сейчас все главные научные центры находятся на Западе и Россия просто не может сейчас конкурировать с ними. Все более-менее перспективные молодые ученые уезжают на Запад…

- Да, действительно многие уезжают, хотя не все там в итоге делают карьеру. Но здесь нужно понимать одну важную вещь: в России нет заказа на науку. В советское время была фундаментальная наука, затем был внедренческий блок - различные НИИ при предприятиях. Сейчас внедренческий блок фактически ликвидирован. Об этом можно судить хотя бы по многочисленным тольяттинским НИИ, которые ликвидированы в последние 20-25 лет. И теперь от академии наук требуют внедрения конкретных технологий в производство. Но мы занимаемся теорией. Если нам дадут соответствующее финансирование, то разрушенный внедренческий блок можно было бы воссоздать, но этого финансирования нет.
 
- Нельзя сказать, что тольяттинские предприятия полностью сократили свои расходы на НИОКР, но тем не менее они зачастую предпочитают сейчас закупать готовые технологии за рубежом, чем воссоздавать советские НИИ...

- Предприятия сохранили некие научные подразделения, но лишь в небольших масштабах. На уровне лабораторий. Раньше в НИИ работали доктора наук.
Нужно создавать условия для развития науки. До введения санкций сельским хозяйством в России тоже было невыгодно заниматься. А сейчас выяснилось, что мы можем выращивать все то же самое, что до недавнего времени только импортировалось.

- Когда будут выборы нового директора института и пройдут ли они вообще?

- По закону они должны быть. С 10 января временно исполняющим обязанности назначен Саксонов Сергей Владимирович, доктор наук, профессор. Дату выборов определяет ФАНО, и пока она не назначена. В течение года, возможно, выборы состоятся. Но не факт: к примеру, Габибулла Хасаев уже почти два года работает в ранге исполняющего обязанности ректора Самарского государственного экономического университета.

- Можете назвать претендентов на должность директора?

- По персоналиям не скажу, но это непростая должность. В академии наук принято, когда директор уходит, предложить ему должность научного руководителя или президента. Так было, например, с Виктором Александровичем Сойфером в Самарском университете. Но когда мне предложили то же самое, я отказался. Во-первых, я наигрался в директора. Во-вторых, быть научным руководителем без рычагов управления, без, грубо говоря, мешка денег, который нужно распределять на исследования, это глупо. Это может удовлетворить чье-то самолюбие, но мое самолюбие за более чем 25-летнюю работу директором полностью удовлетворено. Теперь спокойно сижу здесь на месте главного научного сотрудника, пишу статьи и книги.

- Это что-то вроде советника директора?

- Если у меня попросят, то я дам совет. Сам навязываться не буду. В академии наук всегда традиционно было единоначалие. И так должно быть. И если будет какой-то советник, научный руководитель или президент, то это будет вносить раздрай. Но это моя позиция. Я знаю многих людей, которые поступили по-другому, и я не могу их осуждать.
- Вы пишете книгу?

- В последнее время изданы две очень важные для меня работы, после которых я могу отдыхать. Вышел двухтомник «Введение в теоретическую экологию», который писался два десятка лет. И вышла книга, которую я назвал бы серьезно-несерьезной, «Портреты экологических систем», где я попытался рассмотреть экологию через призму искусства. Есть и дальнейшие творческие планы, о которых я пока распространяться не буду.

- Давайте поговорим о конкретных экологических проблемах. Вы не раз выступали с пугающими заявлениями об ужасном качестве волжской воды, рыбах-мутантах и так далее. Неужели все так плохо?

- Тут очень все просто. Когда журналистам писать нечего, они приходят к нам и говорят: «Дайте нам что-нибудь». Мы рассказываем, к примеру, о том, что поймали малька с тремя головами. Такое действительно было, но ничего катастрофического в этом нет. Уродства есть и у людей, и это не означает, что человечество вымирает.
Конечно, загрязнение сказывается на увеличении числа различных патологий у рыб. И у нас есть места, где таких мальков встречается и 90, и даже 100 процентов. Например, Ахтубинская пойма. У нас докторская диссертация защищалась на эту тему. И когда мы говорим, что падает продуктивность нашей рыбы, виной тому не браконьеры. Это наше воздействие. Вся грязь, которую мы сбрасываем, оказывается в донных отложениях и в конечном итоге в рыбе.

Нужны знаковые меры. Знаковые не в том смысле, что просто прочирикали - и все, как пресловутая программа возрождения Волги. Нужно создание единой системы мониторинга. Мы говорим об этом уже двадцать лет. Надо привлекать космическую технику, надо вкладываться.

- Насколько опасно сейчас есть волжскую рыбу?

- Не особенно опасно, если ее не есть каждый день. Вот в Японии, где рыба является повседневным продуктом, есть ряд заболеваний, напрямую связанных с отравлением ядами, употребляемыми вместе с рыбой. А если вы съедите одну рыбку, то никаких болезней не получите. Но если ничего не предпринимать по защите водной среды, то отравления рано или поздно начнутся.

Мы - хищники и стоим на вершине пищевой цепи. И есть правило десяти в экологии. Сначала яды попадают в донные отложения, где их употребляет фитопланктон, - это десять. Фитопланктон попадает в пищевой рацион зоопланктона - это сотня. Потом зоопланктон поедает травоядная рыба, и это уже тысяча. А она в свою очередь становится добычей рыб-хищников. Подчеркну: вредные вещества в каждом из этих звеньев накапливаются кратно. Организм человека может реагировать на вредные вещества, которые попадают в него вместе с рыбой, по-разному. Какой-то организм справится с этим, а у кого-то яд отложится в печени. И может наступить такой момент, когда яда в рыбе будет столько, что организм перестанет с ним справляться.

- То есть судак или щука вреднее, чем лещ или карась?

- Эколог, который однозначно отвечает на такие вопросы, - жулик. Потому что это сложная система.

- Какие именно яды можно употребить вместе с рыбой?

- Яда в рыбе пока нет. Есть вредные вещества, например тяжелые металлы. Но, повторю, отравления тяжелыми металлами, съев одну-две рыбки, вы не получите.

- Какую рыбу лучше употреблять в пищу: речную, морскую или ту, что выращена в искусственных водоемах?

- Однозначно ответить на этот вопрос невозможно. Реки и моря загрязнены примерно одинаково. Мы брали мороженую морскую рыбу, минтай, который продают в магазине, и делали анализы. И в ней тоже были тяжелые металлы. Да и на фермах рыбу некоторые недобросовестные заводчики кормят чем попало.

Бояться не нужно. Но нужно думать, и не только о себе, но и о детях. Что мы им оставим? Я помню времена, когда воду из водоемов можно было зачерпнуть котелком, вскипятить и приготовить в ней пищу. Сейчас я не думаю, что кто-то так делает. Мы живем в долг у наших детей.
Коммуникации у предприятий построены еще в СССР и крайне изношены. Нас спасало только то, что многие из этих предприятий стояли. Сейчас многие из них запускаются снова и риск чрезвычайных ситуаций и экологических бедствий сильно возрос. За хорошее состояние окружающей среды надо платить, а мы страна бедная.

- Все же если есть рыбу каждый день, то есть риск заболеть?

- Да, есть.

- Какие виды волжской рыбы мы потеряли из-за плохой экологической ситуации?

- У нас в Волге сейчас примерно 55 видов рыбы. Да, что-то мы потеряли. Например, сельдь залом. Знаменитую волжскую сельдь. Почему? Потому что всю Волгу перегородили плотинами. В Волгограде сделали рыбный проход, но рыба же дура, ей не объяснишь, что нужно повернуть и пройти через этот проход на нерест. Она доходит до плотины и дальше не идет, у нее нет мест для нереста. Вот и потеряли этот вид. Осетровое стадо теряем по разным причинам: и браконьерство, и загрязнение, и политоксикоз.

- А разве в Волге еще есть осетровые?

- Да, еще есть. В Самарской Луке есть несколько зимовальных ям волжской стерляди. Здесь водятся микропопуляции этой рыбы, которая не идет ни вниз, ни вверх по реке.
Что-то уменьшилось в численности, а что-то прибавилось. Есть экологические законы, и ниша пустой не будет. Пришли другие виды: бычок, например. Он может служить кормовой базой для хищников. Бычки уже дошли до Рыбинского водохранилища. И мне говорили, что на них даже есть квоты на вылов. То есть ее назначили промысловой, так сказать, главной рыбой.

Какие-то виды адаптируются и заменяют другие виды, которые обитали здесь раньше. И это одна из экологических проблем, которую надо изучать.
Это мы говорим про рыбу, которую замечаем, потому что ее едим. А есть такие инвазивные виды, как зоопланктон или моллюски, которые приходят сюда и вытесняют аборигенов. Приносят свои болячки, своих паразитов. И все это начинает циркулировать и заражать основное стадо. Здесь очень много проблем и закономерностей, которые можно искать, именно регионального плана. Очень большое поле деятельности для института. Но отношение к институту и вообще к экологической науке пока такое, какое есть.
Институту в этом году исполнится 35 лет, а если отсчитывать с момента создания биостанции Иваном Дмитриевичем Папаниным, то 65 лет. У нас было два больших экспедиционных судна. Сейчас осталось только одно судно, подаренное еще Папаниным. Ему на какой-то юбилей его подарило правительство, а он передал биостанции. Этот год мы еще пройдем. В сентябре-октябре у нас истекает лицензия, и мы сезон должны отработать. А на следующий год я не уверен, что получим лицензию на это судно. И что такое Институт экологии Волжского бассейна без судна? Новое судно такого же класса стоит около 5 млн евро. Ясно, что ни у института, ни у академии наук таких денег нет. Нужно идти в Минфин. Но финансистам легче закрыть институт, чем выделять такие деньги.

- Сейчас модно стало среди разного рода опасных для экологии предприятий выпускать в Волгу мальков стерляди. Есть ли в этом какой-то смысл?
- В каждом случае нужно консультироваться со специалистами. Эти пиар-акции чаще всего ничем хорошим не заканчиваются. Среда очень неоднородна, и что нормально в одном месте, совершенно не подходит для другого. Поэтому взять малька, выращенного в Астрахани, и выпустить его здесь, не изучив последствий, - не самая хорошая идея. Возможно, предприятия, которые выпускают мальков, проводят на эту тему исследования. Но из бесед с ихтиологами я знаю, что чаще всего все-таки этого не происходит.
Популяция стерляди не растет. Скорее всего, от этих акций ничего не меняется.

- В Волге сейчас можно купаться?

- Будучи директором Института Волжского бассейна, я не раз говорил: стройте бассейны вдоль Волги.

- То есть лучше в воду не заходить?

- Пока да. Пока мы не победим цветение, а одолеть его очень трудно. Волга вся перегорожена плотинами и представляет собой фактически систему озер. И здесь совсем другие законы, не такие, как в реке. И совсем другие виды приходят. С этими видами можно бороться, но известные методы рассчитаны на сравнительно небольшие акватории: пруды, озера, рыбоводческие хозяйства. Допустим, изменение соотношения азота и фосфора. Тогда плохие - сине-зеленые - водоросли уйдут, а хорошие будут развиваться и послужат кормовой базой для рыбы.

В северных странах есть такой метод борьбы с сине-зелеными водорослями: они дно выкладывают зеркалами. Меняют освещенность. Но самое крупное в Европе водохранилище выложить зеркалами просто нереально. Или вылить в воду несколько цистерн с азотом или фосфором, чтобы изменить их соотношение в водной среде. Поставить какое-то устройство, чтобы их перемешать. Это тоже нереально.

В Великих озерах победили сине-зеленые водоросли, просто запретив использование моющих средств, содержащих фосфор. Но это удар по промышленности, по химпредприятиям, и российское промышленное лобби такого же здесь не допустит.

- Какова доля фосфоросодержащих моющих средств в общем объеме?

- Практически все моющие средства содержат фосфор.

- Им есть альтернатива?

- Я думаю, ее можно найти, если этим заниматься. Проблема сине-зеленых водорослей слишком сложна, чтобы решить ее кавалерийским наскоком. Андреев (Сергей, бывший мэр Тольятти) заявлял: мы все очистим. Одним из пунктов его предвыборной программы была победа над «зеленкой». Я его убеждал, что так не получится.
- Он говорил вам, как намеревался это сделать?

- Вокруг темы вьется много жуликов, уверяющих: мы вам все сделаем, только заплатите нам.

- А у вас есть мнение по поводу того, как можно решить проблему?

- Прежде всего должен быть принят пакет законов, направленных на решение проблемы. Но где-то можно ее решить, а где-то надо просто строить бассейны вдоль берега и запрещать купаться в природном водоеме.
Или вот, например, у нас в Самарской государственной сельскохозяйственной академии есть интересные разработки технологий сбора этих водорослей. Но для этого нужно огородить всю акваторию пляжа понтонами.

- Какова ваша позиция по дороге через лес в Тольятти?

- Соответствующая работа была проведена еще в 90-е годы институтом леса, который сейчас стал частью МГТУ имени Баумана. Специалисты говорили: да, мы понимаем, что с дорогами нужно что-то решать. Но надо всегда думать о последствиях.
Чем опасна эта дорога: вокруг нее сразу начнет идти стройка. И мы должны понимать, чем все закончится. Я не против того, чтобы наш лес превратить в лесопарк. Можно вообще превратить его в несколько скверов. Но это станет уже не лес.

- Сторонники дороги приводят в пример Комсомольское шоссе, где якобы ничего не строится…

- Это не совсем верно. И со стороны Портпоселка, и со стороны Комсомольского района застройка вдоль Комсомольского шоссе с вырубкой леса идет. Может быть, она ведется не так уж активно, но она есть. То же самое будет и с лесной дорогой. Особенно быстро начнут осваивать участок, ближайший к Автозаводскому району.
Я говорил в свое время местным депутатам: примите закон о моратории на строительство хотя бы на 25 лет. Не хотят. Они понимают, что это будут вкусные куски земли, которые можно будет отдать под застройку.

Нет однозначного и простого ответа на вопрос: «Нужна ли дорога через лес в Тольятти?». И в положении об экологической экспертизе, которую сейчас отменили, говорилось, что эксперты должны рассмотреть несколько проектов и выбрать лучший из них.
- На территории Ставропольского бора расположен водозабор, который питает Центральный район Тольятти. С учетом этого факта - насколько приемлемо здесь строительство автомагистрали?

- Маршрут можно проложить и в обход водозаборов. Но в любом случае следует провести экспертизу и просчитать экологические последствия. Еще важно, чтобы торги на проведение этой экспертизы выиграла компетентная организация. Страну погубили два решения правительства: ЕГЭ и закон о торгах. Сегодня к власти приходит поколение ЕГЭ, и это довольно печально. То же самое и с торгами. Вот вам история с разработкой стратегии Тольятти. Претендовали на это многие тольяттинские и самарские вузы, а выиграл московский институт, специалисты которого, не приезжая сюда, напишут что-нибудь.

По материалам: niasam.ru

Распечатать статью

 
  Другие статьи по теме:


 

Новости
Вопросы
экспертам






Литература




Видео о Рыбалке

Опрос
Какой вид ловли Вам больше всего по душе?

Спиннинг
Фидер
Классическая донка
Поплавок
Карпфишинг
Нахлыст


Облако тегов
Астрахань, Браконьерство, Браконьеры, Видео о рыбалке, Гибель рыбы, ГИМС, Зарыбление, Зимняя рыбалка, Изготовление блёсен, Изготовление воблеров, Изготовление девонов, Изготовление поролонки, Изготовление снасточки, Красная книга рыболова, Л.П.Сабанеев, Ловля рыбы на кружки, МЧС, Нижний Новгород, Подледная рыбалка, Река Волга, Река Дон, Река Ока, Росприроднадзор, Рыба Ёрш, Рыба Карп, Рыба Кумжа, Рыба Лосось, Рыба Сом, Рыба Стерлядь, Рыбинка, Рыбнадзор, Рыболовные сети, Рыболовные узлы, Рыболовный спорт, Свердловская область, Спасение рыбаков, Спортивная морская рыбалка, Спортивная рыбалка, Спортивный спиннинг, Электроудочка

Показать все теги


Популярные
статьи
» 31.07.2018 Пересечение госграницы: теперь по-новому
» 05.08.2018 Календарь клёва рыболова на август
» 10.08.2018 В Астрахани рыбаки поймали неизвестную золот ...
» 20.07.2018 Рекомендация учёных: Немедленно начать отлов ...
» 24.07.2018 Нижнекамские рыбаки борются с браконьерами н ...
» 16.08.2018 Уловы сверх суточных норм привели к штрафам
» 19.07.2018 Треть видов промысловых рыб в мире находится ...
» 25.07.2018 63-килограммового сома поймали рыбаки в Кара ...
» 10.08.2018 Названы регионы — лидеры по числу рыбаков
» 16.08.2018 Дудочка рыболова: в Таганроге изобрели элект ...

Рыбалка online  |  Обратная связь  |  Для спонсоров
COPYRIGHT © 2002-2015 Общероссийский Рыболовный Интернет-Клуб "Rusfishing.RU"
При использовании материалов сайта, гиперссылка на http://www.rusfishing.ru обязательна! Обращение к пользователям
Яндекс.Метрика